Loading
АвторСообщение
администратор


Пост N: 834
Зарегистрирован: 09.04.07
ссылка на сообщение  Отправлено: 25.08.08 00:52. Заголовок: Шаманство и домусульманские верования у казахов


Семиотика фольклора: следы шаманства у казахов
Ерден Хасенов

Когда мы, филологи-универсанты 80-х, впервые открывали для себя и с восторженностью неофитов начинали бредить в то время малодоступными как в оригинале, так и в переводах и фрагментах Леви-Строссом, Бартом, Мелетинским, Фрэзером, Тайлором и другими светилами нарратологически ориентированной семиотики, только в самых дерзких догадках смели мы прогнозировать грядущий слом тоталитарной машины и реабилитации идущей испокон веков мифолого-поэтической, космо-эсхатологической и ритуально-повествовательной традиции обезличенных коммунизмом евразийских народов 1/6 части тверди земной

Рожденные степняками, выросшие в городах и обучаемые нашим судьбой подаренным интернациональным профессорско-преподавательским составом, мы, молодые казахи, с уст аксакалов и в силу каких-то младенческих, первородных инстинктов чувствовали вездесущий свет Высокого Синего Неба и дыхание Материнских Земель и Вод и каким-то внутренних слухом и голосом слышали то, что гениальный Вильгельм фон Гумбольдт называл «звоном родимой колокольни».

Распался Союз. Мы глотнули свободы. Но вопреки всем ожиданиям, теоретические достижения мировой семиотики, все то высокое вещее знание, что было добыто и отшлифовано в стенах великолепного здания мировой филологии, оказалось невостребованным новой социокультурной, а точнее — социополитической практикой. Гомо постсоветикус слишком быстро забыли о временах всеобщего равенства, когда за малейшее проявление инакомыслия можно было поплатиться свободой личности, а то и самой жизнью. В. Шкловскийне зря завещал на излете своего земного круга: «Разверните забытые слова». Мы еще не сделали этого, и теперь вместо Таргитая и Анахарсиса, Абай Гесер Хубуна и Коркуда, Алп-Момыша и Ильи Муромца, Сигурда и Сосруко, Басаврюка и Албасты в наши сны и души, теперь уже из телевизора упрямо наползают всякие там Терминаторы, Бэтмэны и прочие роботы-полицейские…

Не будучи ни «почвенником», ни «космополитом», не абсолютизируя «природного» и не гнушаясь «привнесенным», в силу профессии и воспитания я привык служить Слову-Логосу, извлекая из формы содержание в дань прошлому и на пользу будущему. Вот почему, когда Казахская Энциклопедия нашла меня в новой столице и предложила осуществить перевод «Казахских поверий», я деловито и с удовольствием взялся за этот проект.

Составленный нашими зарубежными соотечественниками Ахметжаном КАЙБАРУЛЫ и Болатом БОПАЙУЛЫ толкователь казахских народных суеверий и обрядов — пожалуй, первый из трудов такого рода на пространстве Новых Независимых государств. Во всяком случае, других подобных мне пока не попадалось. Ценность же его именно в том, что это необходимый и достаточный словник, а не отягощенный учеными комментариями труд. Ведь тем и прелестен, тем и жив фольклор, когда он существует в своем непрепарированном, неснятом, необработанном — не опороченном академической наукой виде.

В этой книге, выпущенной в 1998 году издательством «Казахсакая энциклопедия» (главный редактор — академик А. Нысанбаев), впервые собраны казахские поверья и приметы, существующие как часть обычаев и традиций. Наши предки, в течение многих веков жившие в Великой степи, прошли долгой, тернистой дорогой жизни: с тех пор, как у разверзшегося Аргунэ-Кона давали клятву верности с оружием в руках, до времен, когда клялись на Коране.

В своей знаменитой статье «Следы шаманства у киргизов» Чокан Валиханов обращает внимание на то, что истоки предрассудков и поверий казахов лежат очень глубоко: «Все писатели о киргизах (здесь и далее имеются в виду казахи. — Авт.) говорят и почти во всех руководствах пишется, что киргизы — магометане, но держатся шаманских обрядов, или что они обряды мусульманские смешивают с шаманским суеверием. Это справедливо, но в чем состоит их шаманство? Об этом, к несчастью, до сих пор никто не писал обстоятельно, хотя статьи о киргизских шаманах, или баксы, появлялись нередко в разных периодических изданиях» [Валиханов Ч. Ч. Собр. Соч. в 5-ти томах. Т.4, Алма-Ата, 1985. С.48.].

В статье «Бог» (1854-55 гг.) Валиханов проводит мысль о том, что основой верований казахов является смесь шаманства и Ислама.

«Рым, т. е. обычаи, соблюдение которых в шаманстве избавляло от несчастий, а нарушение вело за собой какое-нибудь бедствие. Одним словом, те простонародные обычаи, которые европейцы называют у себя суевериями или предрассудками, а в шаманстве они и составляют обрядную часть их веры. Рым называются также обряды, исполняемые в видах предзнаменования. Например, у кого нет сыновей, а родятся девочки, те дают последней из своих дочерей имя Ул-Туган — сын родился, Майкет, чтобы оно было предзнаменованием для рождения сына» [Цит. соч., С.62].

До нас дошли лишь те из казахских поверий, которые окончательно «отфильтровались» на кочевьях в течение долгих лет; они не вызывают сомнений, устойчивы в сознании людей. Для энтузиастов естественно надеяться, что скоро начнется всестороннее изучение народных традиций, обрядов, поверий и примет.

Что ж, мы в Казахстане делаем к этому конкретные шаги.


Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить
Ответов - 2 [только новые]


администратор


Пост N: 1237
Зарегистрирован: 09.04.07
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.04.09 23:25. Заголовок: ДОМУСУЛЬМАНСКИЕ ВЕРО..


ДОМУСУЛЬМАНСКИЕ ВЕРОВАНИЯ

Как и у других народов, принявших мусульманство, у казахов ислам тесно связаны с местными религиозными традициями, сложившимися задолго до появления ислама.

Нам немного известно о религии, существовавшей у казахов до проникновения ислама. В последние годы некоторые исследователи стали называть эту религию тенгрианством и изображать ее как стройную философскую систему. Это была политеистическая религия с верховным небесным божеством, а название “бог” (тенгри), прилагавшееся не только к нему, но также и к другим божествам; с приходом ислама стало у казахов синонимом слова “кудай” (бог), то есть Аллах. Другие сведения о других божествах до нас не дошли, и воспоминания о них Умай - богиня плодородияприходится разыскивать в культе святых, в шаманстве, в семейной обрядности. Так, отголоски культа древнетюркского божества плодородия Умай обнаруживаются в родильных обрядах казахов. Умай – это добрый дух, покровительствующий младенцам.

Еще в середине прошлого века в народе были живы остатки космологических представлений, согласно которым вселенная состоит из трех миров – небесного, земного и подземного.

Пережитком древних представлений о сверхъестественных существах, управляющих силами природы, может быть поверье казахов об ангеле, который бьет плетью тучи, производя тем самым гром и молнию.

Почитание святых тесно связано с доисламскими традициями казахов. Древние верования, например, угадываются в культе пещер. В Южном Казахстане считалась святыней пещера Чак-пак-ата. Сюда приходили женщины для молитвы от бесплодия. Среди казахских святых встречаются родоначальники родственных групп. Святые-родоначальники характерны для восточных областей Казахстана. Святые предки известны и в южных областях. В Южно-Казахстанской области и в наши дни почитаются могилы батыра Байдабек-ата и его мудрой жены Домалак-ана, от сына которых, по преданиям, пошли казахские роды албан, суан и дулат.

Среди “языческих” персонажей, вошедших в число мусульманских святых, у казахов наиболее отчетливо сохранил свои доисламские черты Коркут - мифический первый шаман, музыкант и певец, создатель музыкального смычкового инструмента кобыз. Приписываемая ему могила была расположена на берегу Сырдарьи. На мифический характер этого персонажа указывают предания об его долголетии, а также некоторые мотивы казахских народных легенд, обнаруживающие связь с традициями сибирского шаманства. Так, по одной из легенд, Коркут подслушал разговор шайтанов, которые обсуждали между собой, как нужно сделать кобыз. Он выполнил указания духов и сумел создать волшебный инструмент. В средние века образ Коркута, которого представляли и легендарным патриархом времен, и талантливым певцом, был широко известен преданиям тюрко-язычных народов. Почитание Коркута у казахов тесно связано с шаманством, он считался покровителем (пир) шаманов, которые нередко призывали его на помощь в песнопениях. Во время камлания многие баксы играли мелодию (кюй), которую будто бы впервые исполнил сам Коркут.

Шаманство – одно из самых заметных явлений в религиозных традициях казахов, сохранившихся от доисламской эпохи. Шаманство – обширная система анимистических верований и культов у разных народов, характерная для родового строя. Общими чертами для них является наличие культа предков, а также отправление ритуалов шаманом, способным впадать в особое, экстатическое состояние, и в этом состоянии, по представлению носителей культа, осуществляющим связь с потусторонним миром.

Шаманство обусловлено верой в особую связь отдельных людей с духами. Помощью духов объяснялась способность шаманов лечить людей, гадать, отыскивать пропавшие вещи и скот. Шаманам приписывали также власть над явлениями природы, умение совершать чудеса. Шаманы занимали важное общественное положение, будучи по существу жрецами. Даже после распространения ислама в казахских степях шаманы продолжали сохранять большое влияние. Шаманами в основном были мужчины, но есть материалы, подтверждающие, что не редкостью были и женщины-шаманки. Главным ритуальным предметом шамана был кобыз – смычковый инструмент с двумя струнами из конских волос, который в народных верованиях наделялся чудесными свойствами. Некоторые шаманы запрещали посторонним дотрагиваться до своего инструмента. С середины XIX в. кобыз стал заменяться домброй. Другим атрибутом баксы был посох (аса, аса-таяк) с железными кольцами и подвесками на верхней части. Со второй половины XIX в. на первый план стали выдвигаться такие обрядовые атрибуты, как плеть и нож.

Баксы. Фото 19-го века.Шаманские обряды предполагали общение баксы с духами, поэтому начинались призывы духов. Затем он специальным песнопением провожал духов. Духов надо было изгнать, и с этой целью проводился обряд. Чтобы устрашить и прогнать причинивших болезнь духов, баксы размахивали ножами, били больных плетью. Ряд действий не имел прямого “лечебного” назначения. Чтобы убедить присутствующих в том, что к шаману действительно явились духи, руководят его поступками и придают особую силу, баксы показывали различные трюки. Они выскакивали на купол юрты, сдавливали тело веревками, лизали раскаленные предметы. Одним из самых распространенных трюков было втыкание ножа в тело. Баксы пронизал ножом как себя, так и других людей. Вера больных в действенность обрядов способствовала борьбе организма с недугом. Кроме того, нельзя отрицать, что шаманы владели и врачебным опытом.

Одна из главных особенностей казахского шаманства – его слияние с исламом. К XIX в. из шаманского культа уже исчезли черты, противоречившие нормам ислама. Мусульманское духовенство охотно порицало деятельность шаманов, однако, исламизация шаманского культа не давала духовенству серьезных оснований для его критики.

С шаманской практикой сочетались и деятельность различного рода знахарей, гадателей, колдунов. Знахарская практика насчитывала множество самых разнообразных приемов, призванных вернуть человеку здоровье или оградить от болезней. Так как болезнь объяснялась разными причинами, в том числе и воздействиями духов, дурного глаза или колдовства, то и знахарское лечение проводилось не только способами, основанными на действии трав, диеты, тепла, массажа, но прежде всего путем обрядового лечения, основанного на магико-анимистических поверьях. При этом лечить людей брались и шаманы, и знахари, и люди, умеющие совершать несложные обрядовые действия.

Разнообразные магико-анимистические обряды были связаны с охраной здоровья матери и ребенка. Обрядовые действия совершались в надежде избавиться от бесплодия, которое считалось своего рода заболеванием, вызванным духами или колдовством.

Действиями, призванными защитить от вредоносных сил, была насыщена и свадебная обрядность. Магико-анимистические действия должны были обеспечить потомство, достаток и мир в семье.

Культ предков занимал заметное место в верованиях казахов. В трудные минуты жизни казахи призывают имя своих предков. В их честь приносят в жертвы животных, ездят на поклонение к их могилам. Такие события, как разделение рода на два самостоятельных, заключение мира между двумя враждующими родами, победа над врагом и т.д., знаменовались у казахов принесением в жертву духам предков белой кобылицы или даже белого жеребца.

Казахи с почтением относились к могилам. На могилах каялись, приносили присягу. Путнику, которого надвигающаяся ночь заставала в степи, обычай рекомендовал ночевать возле могил, ибо здесь никто не решиться совершить над ним насилие. Если у путника было заветное желание, он просил духа погребенного помочь, чтобы оно сбылось. Гнева аруахов боялись. Особым почитанием пользовались духи выдающихся людей. Именно их имена произносились в особо трудных случаях. Этот обычай некогда породил боевые кличи (уран). Ураном служило, например, имя хана Аблая.

В верованиях казахов дух предка, покровительствующий какому-либо человеку, как правило, представлялся в животном облике. В преданиях о Джийдебае, одном из близких к хану Аблаю батыров, утверждается, что “впереди батыра шла красная лисица; это был его арвах”.

Почитание предков отчетливо проступает и в погребально-поминальной обрядности. Не только живые нуждались в покровительстве сородичей, ушедших в иной мир; мертвые также зависели от живых, совершивших по установившимся правилам похоронный и поминальный обряды.

В XIX в. погребальный обряд у казахов проводился в соответствии с предписаниями шариата, однако, в нем сохранилось немало пережитков доисламских традиций.

Как и у других народов Средней Азии, у казахов похороны и поминки были общественным событием, и в них принимал самое непосредственное участие род умершего. Как только становилось известным о смерти человека, почетные старики аула шли в дом умершего и приступали к организации похорон. Хоронили покойного в день смерти.

Перед прочтением заупокойной молитвы (жаназа) всем почетным гостям преподносились дорогие подарки, а также деньги.

Помимо подарков присутствующим раздавали жыртыс – лоскутки ткани в качестве подарка покойного за участие в проводах его на тот свет. Жыртыс давали на кладбище. Более древняя форма этого обычая – разрывание одежды умершего, о чем сообщают некоторые авторы конца XVIII-нач. XIX вв. Хранение лоскутка ткани означает связь живых с покойным. По представлениям казахов, благодатная сила умершего (касиет) передается оставшимся в живых. Этот обычай был в силе не только в погребальной обрядности. Например, при избрании Аблая в ханы казахи подняли его на кошме, а потом, сняв с него богатое верхнее платье, изодрали его в лоскуты.

Казахи стремились похоронить человека на его родовом кладбище, рядом с родственниками и предками. С распространением ислама родовые кладбища стали сосредотачиваться вокруг крупных мусульманских святынь.

Про возвращении похоронной процессии в доме умершего поднимали траурный флаг. В зависимости от возраста умершего, цвет флага был разным (белый для стариков, черный, черный с белым или черный с красным для людей среднего возраста, красный для молодых). Кусок ткани привязывался к концу древка копья, которое ставилось вертикально внутрь юрты у решеток; конец его высовывался наружу через щель в войлочном покрытии юрты.

Помимо флага принято было делать изображение умершего (тул). К концу XIX в. этот обычай изжил себя: одежда, седло и доспехи покойного развешивались прямо на решетках юрты.

Изображение покойного – широко распространенный в прошлом древний обычай. Ритуальное назначение копья тесно связано с изображением покойного: через год, после совершения пышных поминок, оба предмета изымались из употребления, причем копье демонстративно ломалось.

Заклание коня для умершего – также обычай, известный широкому кругу народов древности, в том числе и скифам. Коня хоронили вместе с покойным, чтобы душа погребенного отправлялась на тот свет верхом. В далекой древности и возникла традиция обрезать хвост коням покойного.

Другой древний обычай, сохранившийся у казахов в XIX в. – это скачки в день смерти богатого и знатного человека. В исторических сочинениях этот ритуал впервые упомянут в связи с похоронами Аттилы.

Годовые поминки (ас – угощение, жылы – годовщина) были главным и завершающим обрядом поминального цикла. На них семья покойного приглашала большое количество гостей.

Порядок проведения большого угощения был таков: в первый день выкапывали ямы для очагов, на второй день забивали скот; в третий угощали мясными блюдами; в четвертый – проводили скачки; на пятый – провожали гостей. Наблюдателей поражали многолюдность поминальной тризны и огромные расходы, щедрые призы.

Заклание посвященного покойнику коня приходилось на ас.

Наиболее впечатляющая часть поминок – скачки. Пока кони скакали, устраивались соревнования борцов, стрелков из ружей, групповое состязание в беге. По окончании скачек вручались призы, а затем кто-либо из уважаемых старцев ломал древко траурного флага; другой почетный человек разбирал траурное убранство юрты. Им обоим вручали подарки, обычно коня и халат. Траур для вдовы прекращался, и она могла выйти замуж за кого-либо из братьев или родни мужа.

Пережитком доисламского скотоводческого культа можно считать почтительное отношение к молоку. Еще в средневековье казахи широко справляли весенний праздник первого кумыса, сохраняющего роль ритуального напитка.

В скотоводческой обрядности использовалась очистительная сила огня. Уходя с зимовки на новое пастбище, прогоняли скот между двумя кострами и следом проезжали сами, чтобы все беды остались позади. Прибыв на летнюю стоянку, казахи приносили жертву духам предков и, читая молитву из Корана, просили счастья и богатства. Жертвоприношение животными – давняя традиция скотоводов, занимало важное место в религиозной обрядности казахов.

Как и многие народы Средней и Передней Азии, казахи отмечали весенний праздник Нового года - Наурыз. Это был не только земледельческий праздник. Пробуждение природы вызывало надежды на плодородие в самом широком смысле этого слова.

Ислам у казахов приобрел немало своеобразных черт за счет сохранения пережитков доисламских религиозных традиций, проявлявшихся во всех сферах народной жизни. В течение XIX и особенно в ХХ вв. влияние ислама в казахском обществе заметно возросло.

Немало исследований дореволюционных ученых о Казахстане посвящено изучению религиозных воззрений казахов. Одним из самых замечательных работ того времени стала статья выдающегося казахского ученого-этнографа, географа и путешественника, исследователя истории и культуры народов Казахстана, Центральной и Средней Азии Чокана Валиханова (1835-1865), творчество которого получило мировую известность. В статье "Следы шаманства у киргизов" (прим. до революции казахов называли киргизами) ученый дает представление о природе шаманства как явлении, послужившим в условиях первой половины XIX столетия основой для смешения мусульманских поверий с древними воззрениями казахов.


Спасибо: 0 
ПрофильЦитата Ответить



Не зарегистрирован
Зарегистрирован: 01.01.70
ссылка на сообщение  Отправлено: 15.04.09 04:41. Заголовок: следы шаманства у казахов


У вас казахов есть великий шаман, но он, как мне известно живёт за границей. Сотни, а может быть и тысячи людей не только вылечил, но и, как рассказывают очевидцы, даже помог стать богатыми людьми. А сам как человек - очень скромный и сердечный.

Спасибо: 0 
Цитата Ответить
Ответ:
1 2 3 4 5 6 7 8 9
видео с youtube.com картинка из интернета картинка с компьютера ссылка файл с компьютера русская клавиатура транслитератор  цитата  кавычки оффтопик свернутый текст

показывать это сообщение только модераторам
не делать ссылки активными
Имя, пароль:      зарегистрироваться    
Тему читают:
- участник сейчас на форуме
- участник вне форума
Все даты в формате GMT  6 час. Хитов сегодня: 248
Права: смайлы да, картинки да, шрифты нет, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация откл, правка нет



Яндекс цитирования
Новости Форума история Казахстана

Подписаться письмом